Лагерь над обрывом: как ЦИИАК проверяет Красную Щель, прежде чем сюда пустят детей
Лагерь над обрывом
Для строительства нового объекта на площадку первыми приходят изыскатели и создание нового детского лагеря в горах под Геленджиком в Красной Щели — не исключение. Я руковожу изыскательской компанией «ЦИИАК» уже 12 лет и точно знаю, что пропустив этап изысканий или сделав его формально, красивый проект у моря очень быстро может превратиться в источник проблем.
О ходе работ на нашем последнем объекте вам расскажет начальник полевой партии Никита Птицын.
Наша задача сделать так, чтобы родители сюда отпускали детей спокойно!
Красная Щель под Геленджиком — место, которое кажется идеальным для детского лагеря. Море рядом, лес, чистый воздух, никакой плотной застройки. Родители смотрят на такие картинки и думают: «Вот где ребёнку будет хорошо» и они, безусловно, правы, но «хорошо» для ребёнка начинается с того, что мы, изыскатели, делаем за полгода, а то и год до котлована.
Наша работа простая по смыслу и сложная по исполнению — заранее увидеть те риски, которые родители видеть не должны.
Геология Красной Щели — это классические Черноморские предгорья: склоны крутые, под дерновым слоем — элювиальные и делювиальные суглинки с включением дресвы и щебня коренных пород, то есть сверху грунт вроде и держится, но при насыщении водой начинает плыть, а вода здесь появляется регулярно — и в виде ливней, и в виде таяния снега, который на высоте лежит до марта.
Если бы мы делали изыскания для галочки, то заложили бы пару скважин в самых доступных местах летом, нарисовали примерный разрез, а проект получил бы красивую картинку и трещины через три-пять лет. Фундаменты дали бы неравномерную осадку, дорожки — просадки, ливнёвка — засоры в непредсказуемых местах. И, к сожалению, это не страшилка, а стандартная история для объектов, где изысканиями пренебрегли.
Работа на объекте
Наш выезд на объект пришёлся на конец февраля — начало марта. Внизу, у моря, уже плюс и слякоть, а на подъёме — снег, наледь, колеи по колено.
Бывали дни, когда техника сама уже не шла и, чтобы добраться до точки бурения, нам приходилось буквально тянуть машину в гору тросами и лебедками, по нескольку метров за раз. Любая ошибка — риск скатиться по склону, а дорога к площадке туда и обратно каменистая, местами вдоль самого обрыва.
Именно зима позволила рассмотреть участок во всей сложности:
— где накапливается вода; — какие откосы начинают «плыть» при оттепели; — какие места нужно сразу исключить под корпуса и детские тропинки.
Эти наблюдения и легли в технический отчет (документ, который обычно видят только проектировщики и экспертиза, но от которого напрямую зависит будущая безопасность объекта).
Что именно мы проверяем
Если перевести с инженерного на простой язык, наши изыскания здесь отвечают на четыре вопроса:
— выдержит ли участок будущий лагерь; — где безопасно ставить корпуса и спортплощадки; — как должна идти дождевая вода, чтобы не размывать дорожки и фундаменты; — какие участки лучше вообще не трогать и оставить под лес.
Для этого мы делаем комплекс инженерно-геологических и геодезических работ: бурим скважины, описываем слои грунта, строим подробную модель рельефа, смотрим, где проходят ручьи и временные потоки после ливней.
По сути, мы пытаемся договориться с местностью заранее. Природа всегда сильнее любого проекта, и если её не услышать на этапе изысканий, она потом напомнит о себе трещинами, оползнями и подтоплениями.
Почему для нас так важны честные выводы в отчете
Инженерные изыскания — это не про галочку «по нормам положено», а про честный ответ: можно ли здесь безопасно строить и что именно нужно сделать, чтобы лагерь стоял десятилетиями.
Если участок требует дренажей, подпорных стен, ограничений по застройке, то это прямо так и пишется в отчете, а дальше уже выбор заказчика и проектировщиков — принять в работу выводы или положить в стол.
Зачем все это родителям и детям
С точки зрения родителя все скважины и уклоны в итоге превращаются в понятные вещи:
— корпус, который не трескается через пару лет; — дорожка, по которой ребенок идет после дождя и не падает в размытый овраг; — площадка, которая не сползет вниз вместе с грунтом; — территория, где после ливня вода уходит по лоткам и ливневке, а не к дверям корпусов.
Работа полевой команды ЦИИАК в Красной Щели — это тот невидимый этап, который потом превращается в ощущение спокойствия. Когда через пару лет сюда приедут первые смены, дети увидят море, лес и новые домики, а то, что под ними — склоны, десятки скважин и карты с пометками «сюда нельзя, а здесь можно», останется за кадром, как и должно быть.
Наша задача сделать так, чтобы родители сюда отпускали детей спокойно!
